iVillage.ruДобавь в закладки!Форум
Home
Беременность
Гороскопы
Деньги
Дети
Здоровье
Знаменитости
Красота
Кулинария
Любовные истории
Любовь и секс
Мода
Развлечения
Рукоделие
Семья

· Гороскопы
· Рецепты
· Рецепты салатов

Вы Анонимный пользователь. Вы можете зарегистрироваться, нажав здесь.

Фламенко по-турецки: Фламенко по-турецки (глава 2)


Тема: Любовные истории / Фламенко по-турецки
ТУРЕЦКИЕ СТРАСТИ

Глава вторая. Воспоминания и комментарии к ним.

   В то время, когда судьба сделала мне такой шикарный подарок, я уже больше полугода тихо жила одна, в смысле без каких-либо сердечных привязанностей. Перед этим была робкая попытка наладить свою личную жизнь и я некоторое время довольно регулярно встречалась с милым молодым человеком, которые первое время был действительно очень мил, то есть приглашал меня и в ресторан, и в театр, и на прогулку по какому-нибудь красивому парку. После чего, естественно, у меня ночевал, а утром, хорошенько выспавшись, отправлялся куда-то заниматься компьютерным дизайном.

Но месяца через три общение как-то плавно свелось к телефонным звонкам и одной встрече в неделю, причем происходила она у меня в квартире. Тем не менее, любая попытка выйти в свет без его сопровождения немедленно каралась бурной сценой ревности, выяснением отношений и прочей ерундой.

Терпения у меня хватило ровно на два месяца, и аккурат под Новый Год я приняла решение: довольно. Замуж я вообще пока не собиралась, тем более – за этого компьютерного гения, а проводить шесть вечеров из семи в одиночестве… ну, извините. Так что предложение встретить праздник у меня, «тихо, по-семейному», стало последней каплей и я от этого предложения отказалась. Равно как и от продолжения наших отношений.

Сначала отставленный поклонник еще звонил и пытался «все уладить», но взаимопонимания мы так и не нашли и звонки прекратились. После чего я и осталась одна, но зато без каких-то обманутых ожиданий, и всерьез занялась своей карьерой, полагая, что «любовь нечаянно нагрянет, когда ее совсем не ждешь». Надо сказать, я не ошиблась и любовь нагрянула абсолютно нечаянно. Во всяком случае, не там и не так, как мне чаялось.

-У тебя до сих пор нет электронной почты? – изумилась как-то одна из моих коллег. – Ты дико отстала от жизни, это же так удобно – иметь Интернет. Можно не только тексты пересылать, но вообще получить массу удовольствия. Самые свежие новости, прогноз погоды, сайты всякие занятные. Поставь, не пожалеешь.

Идея с Интернетом мне понравилась. Объявлений о мгновенном и дешевом подключении была масса, так что я выбрала первое попавшееся и очень скоро новая игрушка стала совершенно неотъемлемой частью моей жизни.

Вдоволь налазившись по всевозможным сайтам, я решила попробовать найти себе друга по переписке. Благо и такие услуги Интернет обеспечивал. Правда, приходилось заполнять что-то вроде анкеты, в том числе, и с указанием возраста, что было не слишком-то приятно.

Само же объявление было предельно простым: «Ищу друзей для интеллектуального общения». В действенность этой авантюры я не верила ни капельки, но… почему бы не попробовать? Теперь это, оказывается, модно: народ не только переписывается и общается во всяких чатах, но и по-настоящему знакомится, влюбляются и даже женятся. Правда, в Интернете же, как бы понарошку, но все равно – занятно.

Изумлению моему не было предела, когда на следующий вечер в моем почтовом ящике оказалось аж пять электронных сообщений. Правда, интеллектуальное общение по переписке привлекло только одного из пяти (он жил не в России и в ближайшее время сюда не собирался), остальные же намекали на разумность личного знакомства и просили прислать фотографию в качестве залога такового знакомства.

Как послать фотографию по Интернету, я, во-первых, понятия не имела, а во-вторых, просто не собиралась этого делать. Поэтому ответила только на письмо заграничного корреспондента, тем более, что в отличие от остальных, оно было написано хорошим языком и без ошибок. То есть база под интеллектуальную переписку как бы имелась.

Второй день принес еще полдюжины писем-предложений о встрече, причем некоторые, признаваясь, что им – где-то в районе двадцати лет, довольно точно описывали, как они себе эту самую встречу представляли. Ни «Эммануэль», ни «Основной инстинкт» в перечень любимых мною фильмов не входили, поэтому я и отвечать не стала, разумно рассудив, что любители такого досуга уж как-нибудь себе партнера сыщут.

А на третий день было только одно новое письмо, не считая прелестного описания заграничного корреспондента особенностей места его нынешнего проживания. И в этом новом письме мужчина, назвавшийся Александром, написал то, что меня каким-то образом «зацепило».

«Здравствуйте, Виктория!

Мне ужасно понравились Ваши ответы на дурацкие вопросы анкеты на сайте. Я не решился сам там «повеситься», потому что отвечать во всех этих реквизитах всерьез – это полный идиотизм (я имею в виду - для мужчины), а написать так, как Вы – я бы, наверно, не сумел. Ну, а строить там себе помпезный мемориал с архитектурными излишествами (наполовину закрытыми рекламными щитами с изображением себя, любимого) в виде сочинения на свободную тему «Какой я хороший и удивительный!!!» и выставлять его для всеобщего обозрения – вот это, по-моему, всем дурям дурь…

Мне 40 лет, я женат и в настоящее время в среднем темпе метаморфизирую в холостое состояние. Поскольку я ярко выраженный Стрелец (со всеми положительными и особенно отрицательными качествами, чертами и повадками), то мне совсем плохо без тепла и общения с доброжелательным человеком.

Я не занимаюсь поисками любовницы и ни на что особенное не претендую. Полагаю, что я достаточно воспитан для того, чтобы не навязывать свое общество даме, если она не высказывает восторга по данному поводу. И конечно, я вовсе не обижусь, если Вы просто не ответите.

Александр».

Я ответила. Больше всего меня заинтриговала таинственная фраза: «В настоящее время в среднем темпе метаморфизирую в холостое состояние». И еще понравилось, что человек, в отличие многих и многих не ищет любовницу, а просто хочет человеческого тепла. Это было так созвучно моему собственному тогдашнему настроению.

В общем, переписка завязалась: каждый день я находила в почтовом ящике новое письмо от Александра и аккуратно на него отвечала. Письма были прелестные, даже изысканные, написанные так, словно их готовили для печати. О будущем разговора не было, о личной встрече Александр и не заикался, наоборот. Просто писал о своих проблемах с максимальной степенью откровенности. И это тоже подкупало.

«Метаморфоза в холостое состояние означает лишь то, что мой брак, который вот уже лет пять не выходит за фиолетовые рамки печати в паспорте, хочет эти рамки разорвать и перестать быть браком. Я не знаю, почему мы поженились. Побудительные мотивы другого человека всегда представляются кристально ясными и понятными, и мне кажется, что моя жена вышла за меня замуж потому, что хотела этим наказать своего парня, который тогда от нее отвернулся. Я все это узнал и понял позже – я всегда догонял такие ситуации с трудом.

Нормальный человек сказал бы прямо: я хочу уйти, развестись с женой и построить свою жизнь заново. А я вот начал плести словесные кружева – не судите меня строго, я ведь по первому образованию филолог.

Мы с Вами, скорее всего, никогда не встретимся, поэтому мне проще загрузить Вас своими проблемами в письме – в глаза я бы, наверно, это рассказывать не стал».

Я даже сама не поняла, в какой момент стала чувствовать к автору этих писем нечто большее, чем просто дружескую приязнь. Возможно, свою роль сыграло то, что мне отчаянно нужно было выплакаться-выговориться, а делать это на людях я не люблю. А тут – мираж, фантом, электронное воплощение человека, которому можно написать все-все, например, о том, какая выжженная и мертвая пустыня прочно поселилась в моей душе. И получить в ответ сочувствующе-ободряющее:

«Разве в Вашей душе пустыня, Вика? Я скорее готов поверить в пепелище, но говорить, что на пепелище не растет ничего – это значит издеваться над здравым смыслом. Да именно на пепелище и вырастает все еще зеленее, еще красивее и сочнее, чем раньше. Все сгорело? Значит высохло, значит пора было ему сгореть. Теперь пусть только упадет зерно, пусть только сверху капнет дождь – Вы и ахнуть не успеете (не успеете сказать: «Джек Робинсон», как говорится в английских сказках), как все прорастет, зазеленеет и зацветет. Да Вы от одного запаха одуреете, как после стакана коньяка. Даже может и против Вашего явного желания. Но уж тогда будьте уверены – в полном соответствии с желанием тайным и невысказанным самой себе».

Роман в письмах развивался стремительно. Уже обоим было ясно, что и личная встреча состоится в самое ближайшее время. Уже обменялись телефонами и почти каждый вечер беседовали почти по часу: Александр специально задерживался на работе ради этих бесед. Иногда у него прорывалось совсем уж откровенное:

« Я все равно думаю о Вас, даже если не выражаю это словами, и самая частая мысль - а что же будет дальше? Не отвечайте, даже если Вы знаете ответ».

Что я могла ответить, если сама ничего не понимала? Всю жизнь я брезгливо сторонилась связей с женатыми мужчинами, считала это безнравственным, а для себя самой совершенно неприемлемым. И вот теперь веду долгие разговоры и переписываюсь на все более и более интимные темы с человеком, который женат – что бы он там ни говорил насчет пятилетней фикции этого брачного союза. Живет с женщиной в одной квартире, спит в одной постели, ведет, как говорится, совместное домашнее хозяйство. В этом раскладе я для себя места не находила. Судя по всему, Александр – тоже.

«Знаете, Вика, мне ведь очень хочется с Вам встретиться. И поцеловать мне Вас хочется не виртуально, а просто - так, как обычно целуют женщину, которая очень нравится. Я не знаю, что с нами будет. Меня останавливают мои нерешенные проблемы. Я не хочу забивать ими Вашу умную головку. Я дразню и себя и Вас, а мужчина так поступать не должен. Когда мужчина решает проблемы своей подруги, то это нормально и естественно, но вот совсем уж недостойно вешать на женщину свои заботы, пусть даже и косвенно. Мы обязательно встретимся, милая Вика, я придумаю, каким образом. Мне действительно хочется Вас увидеть».

Разумеется, мы встретились. Просидели несколько часов в маленьком кафе в центре. И поняли, что искали друг друга всю жизнь и просто чудом нашли. Нам вообще не хотелось расставаться в этот вечер, но оба понимали, что это нереально. Что придется ждать следующих выходных, чтобы провести вместе несколько упоительных часов. Но все равно оставались электронная почта и телефонные разговоры.

«Очень хочется расслабиться, просто выпить немного вина и посидеть, ни о чем не думая. Мы когда-нибудь вообще в этой жизни сделаем это вместе, а? Но я все равно, даже в часы напряженной работы очень часто вспоминаю о Вас. Наши отношения перешли на новую ступень, виртуальная женщина обрела плоть и кровь, я гладил ее по щеке, я вдыхал запах ее волос, ее тело было совсем рядом, совсем близко. Я поцеловал ее - о, это было чудесно. И странно - я теперь не могу уже говорить с Вами так, как говорил раньше. Какой-то новый барьер вдруг возник между нами. Он совсем невысокий, я могу протянуть руку поверх него и коснуться Вас».

Нам было невероятно хорошо друг с другом, но когда я как-то предложила остаться до утра, а не уходить на ночь глядя, Александр сухо сказал, что это совершенно невозможно. Пока. Пока он не готов просто хлопнуть дверью и уйти на ночь, чтобы потом врать и придумывать какие-то оправдания.

-Понимаешь, малыш, мы с женой прожили 20 лет, и за этот период было всякое. Понятно одно - прошлого не вернешь. Я беру на себя всю вину за то, что произошло, за то, что мы вот уже несколько лет перестали быть любовниками. Я понимаю, что на самом деле в этом всегда бывают виноваты двое. Мне совершенно не хочется вступать в обсуждения степени вины каждого - в конце концов, я мужчина и должен был эту ситуацию предотвратить. Но я проявил слабость, поплыл по течению, значит, виноват.

-Ты же сам только что сказал, что виноваты оба, - тихо заметила я.

-Я мужчина, значит, виноват больше. Но мы все же остаемся хорошими друзьями - по крайней мере, я. Что же касается жены, то она, вроде бы и понимает все, а с другой стороны, как только я делаю совершенно закономерный с моей точки зрения и с точки зрения здравого смысла шаг, - устраивает мне сцену. Вроде бы и объяснять нечего, уже не чувствуем друг к другу ничего...

-Ты в этом уверен?

-Увы! Можно подумать, что я что-то вроде ее заместителя на работе или мы с ней одного пола. Очень многие пары перестают быть любовниками после пары десятков лет семейной жизни. Но теплые, ласковые, нежные отношения все же остаются. У нас ничего уже этого нет. Но как только мой уход стал реальностью - начинается такой прессинг, как будто мы живем, захлебываясь сексом и счастьем, а тут вдруг я встаю и говорю: «Ну, все, я пошел...».

-Но это действительно не метод…

-Это не метод, это пример того, что как бы происходит, когда мы еще разговариваем друг с другом. И ведь оба понимаем, что порознь будет лучше обоим, что я не ее тип, что только совместная борьба за выживание могла нас соединить и держала вместе эти годы.. Мне все же ее жалко…

-Почему? – изумилась я. – За что ее-то жалеть? Сам говоришь, она днюет и ночует на работе, получает в десять раз больше тебя, в общем, в жизни неплохо устроена. Нет?

-Она совсем одна в Москве. Мы ведь сюда только семь лет назад приехали. С работой ей просто повезло, а в остальном мне она иногда кажется маленьким ребенком в темном лесу. Уйду – а она с собой что-нибудь сделает… Уже намекала…

-Те, кто действительно собирается… ну, в общем, они об этом не говорят. Смахивает на шантаж. Да и зачем ей тебя терять: ты и продукты покупаешь, и стираешь, и гладишь, и квартиру убираешь и все починить можешь. Клад, а не муж.

-В том-то и дело, что фактически я ей не муж. Я тебя ощущаю своей женой, правда, правда. Но дело даже не в этом. Я хочу просто уйти. Уйти к себе самому, а не к кому-то. Я никогда не потребую у нее своей доли жилья и ни копейки денег, и жизнь свою я начну сначала. Но уйти на всю ночь к женщине я смогу только тогда, когда буду пусть не формально еще, но хотя бы физически свободен. Я буду просто никакой, если в перспективе у меня будет возвращение наутро домой, а там - какое-нибудь вранье? Это просто глупо. Прямо сейчас я не готов уйти.

-Дорогой мой, об этом никто и не говорит. Я совершенно не хочу покушаться на твои планы, твою свободу.

-Знаю, малыш. Думаешь, мне самому не хочется остаться здесь, совсем? Еще как хочется! Ты очень нежная, ласковая, милая… Моя супруга никогда не была щедра на нежности, даже словесные. Это мягко говоря. На самом деле, я даже сомневаюсь, знает ли она хотя бы некоторые из них? Хотя, опять же, это вина мужчины, который рядом с ней, меня то есть.

Два месяца спустя Александр сообщил, что подал заявление о разводе. Процесс таким образом пошел. Теперь нужно только снять какую-нибудь квартиру или комнату – и начать жизнь сначала. С чистого листа. А через некоторое время у меня в квартире раздался телефонный звонок. Уверенный, даже очень уверенный женский голос попросил к телефону меня.

-Слушаю вас, - сказала я, не испытывая никаких тревожных предчувствий.

-Меня зовут Алла Сергеевна. Я жена Александра. И хотела бы поговорить с вами откровенно.

-Я слушаю вас, - тупо повторила я.

-Мне все известно о ваших отношениях, - ледяным голосом продолжила дама в телефоне. – Александр совершенно не умеет врать. Он может только недоговаривать. Вы, наверняка, в курсе, что мы подали заявление на развод. Так вот я разочарую вас, милочка: это произошло не потому, что мой муж рвется получить свободу и жениться на вас. И он прекрасно это понимает, потому что в противном случае сына он больше не увидит, а к мальчику очень привязан. Так что не стройте радужных планов.

-Но я и не думала о замужестве, - попыталась я защититься. – Нам просто хорошо вместе…

-Избавьте меня от лишних подробностей, - отчеканил голос в телефоне. – Мы разводимся для того, чтобы получить две квартиры вместо одной. Наш сын скоро вырастет, ему понадобится своя жилплощадь. Наш дом попал в план сноса, в ближайшее время это произойдет. А в нашей теперешней квартире формально будут жить две семьи, а не одна. Потом, когда квартиры будут получены, мы снова зарегистрируемся. Я не собираюсь быть разведенкой. Так что подумайте хорошенько, если какие-то планы строите. Мужа я вам не отдам. Могу на работу к вам прийти, порассказывать вашим коллегам, как вы семью разбиваете. Хотите?

-От меня-то вы что хотите? – устало спросила я. – Чтобы я прекратила отношения с вашим супругом?

-Хочу, чтобы вы четко представляли себе ситуацию. Возможно, какое-то время вы еще будете встречаться. Но Александр – человек увлекающийся, влюбчивый, вы далеко не первая его московская пассия. Меня эти глупости не интересуют, но наш брак всегда останется абсолютной объективностью, нравится вам это или нет. В любом случае, ночевать он должен дома, иначе сын заподозрит неладное, а психику мальчику я травмировать не позволю. Вы все поняли?

-Все, - отозвалась я. – Ваши интересы превыше всего и если кто-то на них посягнет, то пожалеет. Вы пойдете, как танк, и обязательно победите.

-Разумеется, - откликнулась моя собеседница и положила трубку.

И эту даму с ледяным голосом и абсолютным отсутствием эмоций Александр считает беспомощной девочкой-провинциалочкой, которая немедленно погибнет без него или наложит на себя руки? Что-то плохо в это верится.

А потом была неделя, без встреч и даже без разговоров по телефону, а в конце ее пришло письмо по электронной почте. Одно-единственное за всю неделю.

«Я глубоко виноват перед тобой, малыш. Но жизнь сложная штука. Ты и сама, наверное, почувствовала, что что-то происходит и происходит не так. Возможно, это пройдет и все восстановится. Но пока я должен взять тайм-аут и успокоиться. А главное, успокоить жену, которая, по-моему, держится из последних сил. Я нужен ей, а ты женщина сильная, за тебя я в общем-то спокоен. Прости меня и не грусти. Я обязательно как-нибудь тебе позвоню».

Интересно то, что я даже не заплакала. Все было понятно. Я помогла пережить сложный период, заполнила тот дефицит «человеческой теплоты», о котором Александр писал ей в одном из первых писем. А теперь у него другое настроение, другие дела, возможно, даже другая женщина. Все возможно.

«Ну, и пусть, - думала я тогда, ворочаясь без сна уже не первую ночь. – Навязываться я не собираюсь. Проживу. Странно, он считает, что я сильная женщина, а его мадам – белый, пушистый, не умеющий жить зайчик. Каким секретом обладают такие женщины? Как им удается замаскировать броню и гусеницы воланчиками и разными кружевами? И деликатность им неведома, прут напролом, как танки, действительно, через любую грязь. Я бы так не смогла…»

Конечно, я не наложила на себя руки и даже не особенно страдала: сама виновата, не связывайся с «женатиком». На какое-то время, правда, у меня несколько испортилось настроение, но я решила исправить это дело усиленной работой – на фирме и над собой. И тут судьба проявила свою знаменитую иронию.

Вот уж действительно, никогда не знаешь, где и что тебя ожидает. Нужно было расписать во всех цветах радуги работу одной косметической фирмы, недавно вступившей на российский рынок, но уже пользовавшейся услугами нашего агентства. Вот я и отправилась за кое-какой недостающей информацией и образчиками продукции к заказчику. А получила судьбоносную встречу, что-то вроде бонуса. Самое забавное – Олег абсолютно никакого отношения к этой фирме не имел, просто зашел к приятелю, по совместительству – директору фирмы.

Был прекрасный сентябрьский день, самое настоящее бабье лето. По этому поводу я достала совсем было убранный на зиму костюм бледно-сиреневого цвета, с умопомрачительно короткой юбкой. Согласна, что неудачные ноги нужно прятать, но мои нижние конечности к этой категории не относятся, растут не от ушей, а откуда положено и большинству людей со вкусом обычно нравятся. К тому же я хорошо знала: правильно поданной внешностью в делах можно добиться куда большего, чем правильно подобранными словами. Если, конечно, иметь эти самые дела с мужчинами.

Когда секретарша ввела меня в кабинет к рекламному начальнику, я испытала хоть и слабый, но шок: помимо самого начальника, Сергея, с которым мы уже были знакомы, в кабинете находился еще один мужик, да какой! Он стоял спиной к окну, поэтому лицо я поначалу не разглядела, но поняла, что товарища Бог ни ростом, ни фигурой не обидел. Даже на высоченных каблуках я едва доставала ему до плеча, а по ширине в оконный проем он только-только вписывался. Стивен Сигал местного разлива!

-А вот и Виктория! – как-то уж слишком обрадовался Сергей. – Нам как раз этой дамы не хватало!

-В смысле «виктории –победы» или конкретно меня? – уточнила я.

Не люблю недомолвок. Все должно быть ясно. Если Сереженька затеял игру в каламбуры, зайду в другой раз, а если просто мне обрадовался, то дело вполне даже может устроиться ко взаимному удовольствию. Вот тогда действительно будет виктория, в смысле победа.

-Во всех смыслах! – развеял мои опасения Сергей. – Контракт с вашим агентством готов, я подписал, дело за вами. Образчики продукции секретарша уже упаковала, они вас в приемной дожидаются. Ну, а мои лично пожелания: чтобы все женщины в нашей косметике выглядели так, как вы. И лично от меня – комиссионные. Первую кампанию вы провели просто блистательно, а премии, по-моему, так и не дождались.

-Восстанавливаете справедливость? – иронически спросила я.

-Можно сказать и так, - покладисто согласился Сергей. – Кладите конвертик в сумочку и перейдем к более приятным делам. Хочу вас познакомить со своим другом. Олег батькович, вот тебе и обещанная Виктория.

Вышеназванный Олег сделал два шага от подоконника ко мне и… облобызал мою руку по всем давным-давно забытым правилам хорошего тона, от чего я несколько даже опешила. Бизнес – не Версаль, у нас такие номера показывают редко.

-Ты обещал мне очаровательную женщину, - низким голосом произнес Олег, оторвавшись от моей трепещущей длани, - а пришла потрясающе красивая девушка.

Тут я обрела на какое-то время потерянный дар речи:

-Позвольте, что значит – обещал? Я, между прочим, не из агентства «Модель-эскорт» пришла, а несколько из другой фирмы.

-Вика, дорогая! – засуетился Сергей, поняв, что ляпнул. – Я же не в том плане обещал, что… а в плане, что обещал… то есть сказал…

-Позволь, я объясню, - тихо, но довольно властно вмешался Олег. – Я тут не по делам, мы с Сергеем – старые друзья, вот я и заглянул на огонек. По пути из Питера в Екатеринбург. Хотели с Сергеем тихо посидеть, а он говорит: «Подожди немного, придет очаровательная женщина, все сразу и отметим».

-Что – все? – решила я внести последние уточнения.

-Нашу встречу и ваш контракт, - улыбнулся Олег и эта улыбка решила дело.

Нечасто мне приходится встречать мужиков с такой фактурой и таким обаянием. Честно говоря, очень редко, а если совсем честно – первый раз в жизни. Был еще один, очень обаятельный, но там фактура подкачала. Впрочем, это совсем другая история и в очень прошедшем времени.

В общем, Сергей быстро свернул дела, меня подхватили под локоток и сопроводили к машине. Коробки с рекламными образцами было решено отправить в наше агентство, все равно я с таким количеством багажа в метро вряд ли бы влезла. Меня же подвели к новехонькой иномарке, за рулем которой уже сидел какой-то тип в кожаной куртке, надо полагать, шофер.

-Как тебе тарантасик? – спросил Сергей у Олега. – Сто тонн отдал и не жалею.

-Ровно половину ты отдал за ненужные навороты, - довольно равнодушно отозвался Олег. – У меня предыдущая марка, я доволен.

Нет, никогда мальчики не станут мужчинами! Никогда. Просто с возрастом их игрушки становятся все больше и дороже. Ну, иномарка, кажется «ауди», не больно я в этом разбираюсь. А эти еще одно «ауди» с другим сравнивают. Знатоки, однако…

-А вы на машине, Виктория? – повернулся ко мне Олег.

Я покачала головой:

-Станция метро – в пяти минутах ходьбы от моего дома. Ни пробки, ни проблемы резины, ни вопросы бензина меня не волнуют.

-Значит, домой я вас провожу. Если позволите, конечно. Давненько я в метро не катался.

-Ты что, старик, офонарел? – вскинулся Сергей. – Вызову вам дежурную тачку, домчат, куда надо. Это же надо додуматься – после кабака – в метро. Да вас и не пустят!

Это, надо полагать, был намек на то, что напьемся мы там в тапок. Ну, это вряд ли, хотя от пары рюмочек чего-нибудь легкого я бы не отказалась. И от дежурной машины отказываться не собираюсь: возможно, для Олега метро – большая экзотика, а для меня – суровые трудовые будни, которым не помешает легкое вкрапление праздника.

Сергей сел рядом с шофером, а мы с Олегом чинно расселись сзади на абсолютно пионерском расстоянии. Краем глаза я пыталась рассмотреть своего соседа, но никаких видимых дефектов во внешности не обнаружила. Он действительно здорово смахивал на Сигала, только вместо «хвостика» носил чуть менее экзотическую прическу «ежик». Так что мое сравнительно молодое и абсолютно на данный момент свободное сердечко затрепетало…

К концу же нашего как бы делового обеда я вообще была покорена. Олег оказался умным и – большая редкость! – остроумным собеседником, но и слушать умел неплохо. Вот этим искусством я, кстати, тоже владела, так что говорил, в основном, Сергей. Говорил и пил, пил и говорил, в результате чего через два часа мы погрузили его на прежнее место в машину, а бразды правления взял в свои руки Олег, который предложил шоферу такой маршрут: сначала он подбрасывает нас к офису Сергея и дальше мы решаем транспортную проблему сами, а он везет шефа домой. Работник из Сергея уже был никакой.

И как-то само собой получилось, что Олег, вообще пивший за столом только минеральную воду, повез домой меня на дежурной машине, наотрез отказавшись от услуг шофера. Свою пару рюмок я, конечно, выпила, но себя, как говорится, соблюдала и была только чуть более разговорчивой, чем обычно. К моему дому мы подъехали уже почти друзьями, хотя и продолжали церемонно «выкать». И слава богу, терпеть не могу эту современную манеру переходить на «ты» со второй минуты знакомства.

-А вы обратную-то дорогу найдете? – сообразила я поинтересоваться, когда машина свернула в мои Богом забытые выселки. – Тут повороты нужно считать, иначе заблудитесь, все дома одинаковые.

-Разберемся, - усмехнулся Олег. – Я уже большой мальчик, как-нибудь найду дорогу к дому.

-Это точно, - согласилась я. – Мальчик большой. Даже очень.

-А вам нравятся маленькие мужчины?

Хороший вопрос. Такой я даже себе никогда не задавала. Как-то не приходило в голову измерять противоположный пол погонными метрами. Или квадратными.

-При моем росте мужчина вряд ли может показаться маленьким, - попыталась я увильнуть от прямого ответа.

-Но если вас так волнует судьба провинциала в Москве, давайте я вам позвоню, когда доберусь до гостиницы. Если, конечно, номер телефона дадите.

-Могу даже на чашку кофе перед этим пригласить, - расхрабрилась я.

Нравился он мне с каждой минутой все больше. Прелесть момента отравляло только то, что в Москве человек проездом, посему наше знакомство просто обречено на нулевой результат. С другой стороны… Нельзя же иметь все сразу: чтобы такой мэн, да местный.

Нет, я не собиралась ничего такого… Не в первую же встречу, действительно! Но перспектива совершенно одинокого вечера почему-то не вдохновляла.

-Пожалуй, хорошая идея. Даже очень хорошая: еще какое-то время провести в компании с красивой и умной женщиной.

Как говорится, вы будете смеяться, но мы действительно провели неплохие пару часов за кофе и разговорами. Олег оказался прекрасным рассказчиком, развлекал меня байками о северной столице, своих деловых партнерах и непростых с ними, партнерами, отношениями. К концу его визита я была практически в курсе строительного бизнеса, в том числе, и того, что, где и из чего выгоднее строить, с кем лучше дела не иметь по определению.

-Вы удивительная женщина, Виктория, - сказал вдруг Олег, прервав повесть об очередном недострое. – Вот моя жена этим абсолютно не интересуется. Ей совершенно безразлично, чем я занимаюсь, лишь бы деньги в доме были.

Я несколько скисла. Существование жены в общем-то предполагалось, и не это вызвало мою печаль. Грустно стало от того, что жена традиционно что-то недопонимала или не понимала вообще.

Таких историй я наслушалась столько, что могла бы уже составить антологию в двух томах, а включать туда Олега не хотелось. Не хотелось, но, судя по всему, приходилось. Точнее, придется. Так что это даже очень хорошо, что – не москвич. Иначе сагу о жене мне предстояло бы слушать с завидной регулярностью.

-Простите, Вика, но мне пора, - вдруг встрепенулся Олег. – Я и так много времени у вас отнял. Телефон-то дадите?

И он снова мне безумно понравился. Настолько понравился, что я несколько часов не могла заснуть, предаваясь не слишком девичьим грезам. Одного не могла понять: почему, блин, он не остался? Или при ближайшем рассмотрении я ему перестала нравиться? Или мысль о жене охладила – вдруг он из породы верных мужей? Редко, но случается.

Нет, он оказался из другой породы, куда более распространенной. Через день мне принесли роскошный букет цветов, просто позвонили в дверь и передали корзину с умопомрачительными розами. А еще через день в электронной почте обнаружилось сообщение с неизвестным мне обратным адресом. Я прочитала послание и окончательно тронулась умом. Говорилось там примерно следующее:

«Милая Вика! Простите, что так быстро убежал, но мне вдруг слишком захотелось остаться, а я не мог и не желал оказаться в Ваших глазах эдаким залетным Дон Жуаном, который обязательно воспользовался бы благоприятной ситуацией. Вы очень красивая и невероятно привлекательная женщина. Через неделю я снова буду в Москве, кофе угостите?»

Думаю, легко догадаться, что я написала ему в ответ.

Он приехал. С цветами, огромных размеров коробкой конфет и флаконом дорогущих духов. Кофе я его угостила. Остальное читайте в переводных дамских романах: там такие сцены описывают со вкусом и смаком страниц эдак пять. Я же в бессилии отказываюсь от такого соперничества.

Классно, в общем, все было. А потом стали намечаться некоторые проблемы. Не в первую встречу и не во вторую и даже не в третью, потому что тогда мы еще упивались новизной ощущений и взаимно получаемым кайфом. Тем более, что Олег появлялся в Москве два-три раза в месяц и исправно водил меня развлечься и отвлечься во всякие интересные заведения, причем не из дешевых. Ну, и букеты-конфеты, само собой разумеется, и абсолютно упоительные ночи.

Заморочки начались где-то с третьего месяца, когда мы впервые никуда при встрече не отправились, а остались у меня. И, главное, когда разговор опять почему-то коснулся его законной жены. Звали ее Анной, была она лет на десять моложе Олега, естественно, она чего-то там недопонимала, само собой разумеется, самостоятельно не то чтобы жить – дышать не умела, и уж конечно всякие сравнения со мной исключались по определению. В смысле я была лучше. Только мне от этого лучше не стало.

А потом… повторилась старая история. Обещанные совместные выходы в свет понемногу сошли на нет, причем я даже не сразу это обнаружила. Понятное дело: влюбленная девушка, на мелочи внимания не обращает. Выяснилось, что у Олега решительно не стало хватать на это времени, да и в столице он появлялся хоть и нередко, но лишь по случаю командировок. То ли он был патологическим трудоголиком, то ли просто неплохо устроился со мной, я так и не могла понять. Да и не терплю, если честно, допрашивать мужчин на предмет «где был, с кем был, когда мы снова увидимся?» Был, где надо, с кем надо, увидимся, когда время будет – известное дело.

Любовником, повторюсь, он оказался потрясающим, а все остальное имело значение постольку поскольку: замуж я все равно в обозримом будущем не собиралась ни за него, ни за кого бы то ни было. Слава Богу, сейчас тридцатилетнюю женщину не записывают в разряд старых дев и не считают ущербной.

И не виновата я в том, что жизнь складывалась как-то по-дурацки: мужчины, за которых я теоретически хотела бы выйти замуж, мне предложений не делали, а за тех, которые такие предложения делали, я бы вышла только под общим глубоким наркозом с условием, что весь период совместной жизни в нем и останусь. Можете считать меня слишком разборчивой, но я с вами не соглашусь.

Зеркало пока предлагало мне довольно привлекательную картину: светлая шатенка с серыми глазами, ростом ниже среднего, а фигурой, наоборот, классом выше. И на лицо можно было смотреть, не вздрагивая, даже с раннего утра. Даже в услугах дантиста я пока не нуждалась, и в салонах красоты завсегдатаем пока не стала. В последние же два года все так удачно сложилось, что мне стала нравиться не только моя работа, но и те деньги, которые за нее платили.

Более того, мне нравилась даже квартира, в которой я жила, поэтому представить в ней кого-то еще постоянного я не могла. Равно как не могла серьезно думать о том, чтобы все эти любовно обихоженные квадратные метры бросить и к кому-то переехать. Хотя, кстати, в таких вариантах недостатка не было, желающих принять меня к себе на постой, сдавая при этом мою квартиру находилось не меньше трех в квартал. Я же стойко держалась принципа: мухи – отдельно, котлеты – отдельно, квартирный вопрос не следует путать с любовью, а любовь – с браком. Которым хорошее дело, как известно, не назовут.

Справедливости ради должна сказать, что при всех несомненных достоинствах Олега, кое-что меня начало в наших с ним отношениях напрягать. Например, замечательная манера исчезать на неопределенное время после прекрасной совместной ночи. Во сколько бы мы с ним ни угомонились накануне, в семь утра звонил будильник, Олег срывался с кровати и, наскоро проглотив чашку кофе, мчался по своим многочисленным делам. Каким – спрашивать не рекомендовалось, потому что ответа на такой вопрос я бы все равно не получила.

После этого я могла дня через три получить письмо по электронной почте с несколькими приятными словами, а могла две-три недели пребывать в абсолютной неизвестности, пока опять же не получала «извещение о прибытии». В такой-то день, таким-то рейсом, либо прямо ко мне, либо сначала на совещание.

И в любом случае моего драгоценного абсолютно не интересовало, как я провела дни или недели без него и нет ли у меня нужды в чем-нибудь, например, в велотренажере, о котором я давно мечтала. Немногочисленные попытки намекнуть на это успеха не имели, Олег дарил только то, что считал нужным и тогда, когда этого хотелось ему. То есть не слишком часто.

Не могу сказать, чтобы такая форма отношений приводила меня в восторг. Во-первых, я влюбилась, и как всякая влюбленная женщина жаждала более частого общения, хоть в каком виде. То есть, с моей точки зрения, можно было бы хотя бы иногда звонить и хотя бы сообщать о том, что жив, здоров и даже по мне соскучился. Впрочем, последнее я была согласна считать необязательным.

Но робкие намеки на это успеха не имели, равно как и более определенные высказанные пожелания. То ли Олег меня просто не слушал, то ли не желал слышать то, что я пыталась ему сообщить. А что касается моих предложений куда-нибудь пойти или хоть что-то изменить в сценарии наших свиданий, всегда натыкалось на глухую стену непонимания или даже недоумения, и всегда отбрасывалось одним коротким словом «нет».

Через несколько месяцев я усвоила, что в устах моего любовника это слово означает окончательный, не подлежащий обсуждению приговор. Пойти со мной к подруге на день рождения? Нет. Выбраться в театр на нашумевшую пьесу? Нет. Не срываться с утра пораньше, а хотя бы проститься утром по-человечески – нет, нет, и еще раз нет. То есть для человека существовало только два мнения: его и неправильное.

Мне оставалось два варианта: послать его ко всем чертям и найти кого-то менее экстравагантного, или принять правила игры. И я уже совсем было склонилась к первому, приготовившись придушить свою влюбленность, как получила предложение, от которого не могла (да и не хотела) отказаться. Две недели на берегу Средиземного моря. Вдвоем. Без всяких дел и будильников. И для меня – совершенно бесплатно.

Сначала я решила, что это – такая шутка. Розыгрыш.. Потом, конечно, выяснится, что эта замечательная идея не может быть реализована по целому ряду причин. И отнеслась к этой затее, соответственно, тоже несерьезно, пока… Пока Олег не прислал мне с курьером оплаченный билет в оба конца и кредитную карточкой со вполне солидной суммой денег на

Оценить эту статью:          
 
Поиск :: Регистрация нового пользователя :: Войти





Copyright © 2005-2017 iVillage.ru
Работа в интернете - платные опросы, Новости России
PR-статьи, Каталог сайтов
Хостинг сайтов